У нас в гостях хрупкая блондинка с невероятной лучезарной улыбкой, заряжающей все вокруг позитивом и любовью, Анастасия Панина — российская актриса театра и кино, телеведущая.

Широкую известность Анастасии принесла роль школьной учительницы Татьяны Чернышевой в сериале «Физрук», после которой актрису настолько прочно стали ассоциировать с героиней, что многие зрители и в жизни называли ее Таней.

В творческой копилке актрисы такие известные кинопроекты, как «Мистер Ноготь», «Атель-Матель», «Доктор Надежда», «Психологини», «Свадьбы и разводы», «Вышибала» и другие, а также более 20 лет службы в труппе Московского драматического театра имени А.С. Пушкина.

M.R.: Анастасия, здравствуйте. Ваше творческое становление наполнено чередой необычных событий и судьбоносных решений:

Переезд в Москву и кастинг в сериал «Бедная Настя» — вас выбрали из 9000 претенденток; учеба на актерском факультете Школы-студии (института) имени Вл. И. Немировича-Данченко при Московском Художественном академическом театре имени А. П. Чехова и отказ от съемок в сериале; получение красного диплома и премии имени Москвина-Тарханова, которой отмечают лучших студентов по движенческим дисциплинам, до вас ее получали только юноши. Вы стали лучшей на курсе по таким предметам, как танец, фехтование и акробатика, в чем вам помогли занятия художественной гимнастикой.

Как вы считаете, «за руку» вас вела судьба или это заслуги личного упорства и трудолюбия?

А.П.: Конечно, это судьба…Но! Без упорства и трудолюбия, выносливости и профессионализма, умения ставить цели и достигать их не было бы ничего. Это те девизы и истины, которые сопровождают меня всю жизнь.

Знаете, 2003 год стал для меня очень важным переломным моментом, своеобразной точкой Х жизненного пути. И если бы на тот момент я не была той, кем являлась, со всем своим «багажом»: детство, отрочество, юность, родители, учителя, спорт — и всем прочим, из чего я была соткана, то, возможно, все сложилось бы по-другому.

В то время я искала себя, пробовалась в разных сферах деятельности, но его величество случай внес свои коррективы. И, оглядываясь назад, кажется, будто бы все это обычная череда случайностей, но не даром же в народе говорят, что «случайности не случайны» (улыбается).

Для меня это скорее закономерности, а значит, так и должно было быть!

И я счастлива, что судьба распорядилась именно таким образом, подарила мне возможность заниматься делом своей жизни и реализовывать свой потенциал.

И, конечно, я благодарна этому отрезку времени и людям, которые меня тогда окружали.

M.R.: Существует мнение, что актер в театре и кино — это совершенно разные профессии. Так ли это и что больше откликается вам?

А.П.: В Школе-студии МХАТ художественными руководителями курса, на котором я училась, были Роман Ефимович Козак и Дмитрий Владимирович Брусникин.

Дмитрий Владимирович много работал в кино, а Роман Ефимович занимался театром и был художественным руководителем театра имени Александра Сергеевича Пушкина, в котором, кстати, я работаю по сей день.

Благодаря педагогам уже на начальном этапе обучения мне удалось попробовать свои силы и в кино, и в театре. И я отвечу так: и тот и другой вид искусства использует игру актера для рассказывания историй, но только театр — это все-таки искусство подлинного момента, а кино — искусство иллюзии.

Театр — это живой контакт, это действие, происходящее в реальном времени на наших глазах. Сегодняшний спектакль уникален и больше никогда не повторится — это энергия обмена между зрителем и актером.

Кино — это то, что случилось много месяцев (или даже лет) назад. В основе кино лежит монтаж. Ведь именно режиссер монтажа решает, что мы увидим в следующую секунду. Время может сжиматься или растягиваться. Ошибку вырежут. Не получился дубль, сняли еще один и т.д.

В театре монтажа нет — все происходит здесь и сейчас, время течет линейно, иногда с перерывами на антракт. Ошибка может войти в историю, а если что-то пошло не так, то надо это обыгрывать здесь и сейчас.

В театре зритель — соучастник. В кино — наблюдатель.

Еще совсем недавно на подобный вопрос я отвечала, что мне больше импонирует театр, потому что он для меня честнее. Сейчас я ставлю знак равенства! Мне нравится и кино, и театр, я хочу быть и развиваться и в том и в другом виде искусства в равной мере.

M.R.: Какую из своих ролей на сегодня вы считаете самой трудной и почему?

А.П.: Мне достаются разные роли. И все они, как правило, сильные, волевые женщины с неоднозначной судьбой. Мне нравятся сложные героини, поступки которых приходится разгадывать: почему они поступили так, а не иначе?

Тут вопрос скорее не про трудности, а про то, что некоторые роли действительно требуют больше усилий, больше физических и эмоциональных затрат, большего напряжения и мастерства. Одной из таких для меня стала роль Жанны д’Арк в одноименном спектакле Сергея Землянского «Жанна д’Арк» в моем любом театре имени А. С. Пушкина.

Это роль на максимуме возможностей! У меня даже спрашивали: «Где ты это делаешь?» (Улыбается.) И я не ошиблась, именно не «Как ты это делаешь?», а «ГДЕ», и дальше поясняли: «Что-то невероятное творилось на сцене, что-то между небом и землей!».

Несмотря на это, я очень люблю все свои роли, потому что в каждой из них частичка меня, мое время, силы, нервы, сердце и душа.

M.R.: В творческих кругах бытует мнение, что порой исполняемые роли могут стать пророческими для артиста. Как относитесь к таким суевериям?

А.П.: Конечно, в актерской среде существуют «профессиональные суеверия», но мне, как человеку несуеверному, больше нравится соблюдать устоявшиеся традиции. (Улыбается.)

В театре, например, участники спектакля перед началом собираются в фойе и перед выходом на сцену делают «ручки». Так мы это называем! Так и говорим: пошли «ручкаться». Мы становимся по кругу, складываем руки в середину пирамидкой рука на руку и говорим «раз-два-три — с Богом». На раз-два-три мы качаем руками вверх и вниз, а на слово «с Богом» подкидываем их вверх. На этот ритуал приходят все, кто задействован в постановке. Это и заряжает, и объединяет, и шикарно настраивает на спектакль!

В кино традиционно перед началом съемок, в первый съемочный день устраивается «тарелка» — после того как отснимется первый кадр, о штатив камеры разбивается тарелка, как разбивается бутылка шампанского о борт корабля, уходящего в первое плавание, и каждый член съемочной группы берет себе кусочек на память. А по окончании съемочного процесса устраивается «шапка», на которой так же собирается весь коллектив.

Примечание: «Кинотарелка» — традиция в российском кино, зародившаяся в начале 1990-х годов. Перед съемками тарелку разбивают о штатив, каждый участник съемочной группы берет кусочек, а после завершения съемок осколки складывают снова, чтобы посмотреть, много ли их не хватает.
«Шапка» — традиционное застолье по случаю окончания съемок. Название связано с тем, что деньги на застолье собирали в шапку: выбранный человек ходил с ней по площадке, и все причастные скидывались.

M.R.: Весна — сезон обновления и пробуждения. А ваше какое любимое время года? Как проводите свободное время?

А.П.: Все свободное время, которого у меня, к сожалению, не так много, я провожу со своей семьей. Это мое любимое время, и оно не зависит от времени года. Семья — это мой самый главный ресурс, а дочь Александра — мой двигатель, моя движущая сила.

M.R.: Какие ценности вы хотели бы ей передать? О каком будущем для нее мечтаете?

А.П.: Саша развивается в соответствии со своим возрастом. Помимо основной, общеобразовательной школы, она занимается в балетной студии. Играет на пианино. Любит рисовать. И параллельно готовится к сдаче ОГЭ — занимается с репетиторами.

Если говорить о ценностях, то их воспитание в ребенке и есть одна из важных задач в жизни родителей. Только впитываются они ребенком в зависимости от того, как мы — родители — проявляем себя по отношению к нему и через то, как окружающие его близкие люди общаются с ним.

Я считаю, что главная ценность — это любовь. Любовь — это главный фундамент всего.

Я люблю Сашу безусловно, и она это знает и чувствует. И я надеюсь, что именно это поможет ей понять и принять те ценности, которые я стараюсь ей передать.

А вообще, мне хотелось бы, чтобы Александра была здорова и счастлива. Чтобы ей было интересно жить! Чтобы ей посчастливилось найти любимое дело и иметь возможность заниматься своей профессией и, конечно, развиваться в ней.

M.R.: Думали ли вы когда-нибудь о том, что ваша судьба могла бы сложиться по-другому?

А.П.: Этот вопрос, наверное, один из самых задаваемых в человеческой истории. Так или иначе он возникает у каждого человека, в том числе и у меня.

Но судьба — это очень хрупкая конструкция, состоящая из миллиарда совпадений. И любое, даже самое маленькое изменение в прошлом привело бы к полностью неузнаваемому настоящему.

Если бы моя судьба сложилась по-другому, я не была бы той, кем являюсь сейчас. То есть моя личность создана той дорогой, по которой я иду. И мне это нравится.

Возможно, ценность «другой судьбы» не в том, чтобы о ней мечтать или жалеть, а в том, чтобы осознать, что текущая версия реальности — это единственное место, где человек существует целиком и полностью…

Беседовала: Юлия Лой

Фото: Василий Гуреев, личный архив