Классический роман Виктора Гюго о любви, власти и жестокости в постановке режиссера Ильи Быкова избавляется от музейной пыли. Мюзикл-шоу «Нотр-Дам де Пари» в театре на Мельникова начинается с открытого пламени, а продолжается разрушением четвертой стены: артисты спускаются в зал, вовлекая зрителей в историю, где любовь оказывается опаснее огня, а лаконичные строительные леса становятся единственной декорацией.

К счастью, такое бывает далеко не всегда. Однако мюзикл-шоу «Нотр-Дам де Пари» в театре на Мельникова действительно начинается именно так. Еще до того, как зритель успевает освоиться в зале, на сцене вспыхивает пламя собора Парижской Богоматери — и вместе с ним загорается история, в которой любовь окажется опаснее огня.

Постановка режиссера Ильи Быкова — это современное и эмоциональное прочтение одноименного романа Виктора Гюго. Режиссер оставляет трагичность первоисточника, но делает сюжет более динамичным и близким для современной публики. Именно поэтому, помимо всем известных композиций «Бель» (Belle) и «Пора соборов кафедральных» (Le Temps des cathédrales), артисты исполняют эксцентричные и концептуальные хореографические номера от португальского хореографа Рикардо До Рего.

Сюжет сохранен в своей основе. В центре действия — молодая цыганка Эсмеральда, вокруг которой сталкиваются чувства Квазимодо, архидьякона Клода Фролло и капитана Феба де Шатопера. Каждый из героев любит по-своему: горбун — самоотверженно и без надежды на ответ, архидьякон — мучительно и разрушительно, капитан — легко и эгоистично. Благодаря этому история воспринимается не просто как романтическая трагедия, а как рассказ о том, насколько разными могут быть любовь, желание и болезненная зависимость. Однако каждый шаг героев неумолимо ведет к предначертанному исходу, даже если его отчаянно пытаются избежать.

Сильная сторона постановки — эмоциональность актерского состава. Артисты не играют, а по-настоящему проживают трагические истории своих героев. Особенно выразительным выглядит образ Квазимодо: он предстает перед зрителями не только как отверженный обществом горбун, но и как человек с глубоким внутренним миром, способный на искреннюю преданность Эсмеральде. Номера с его участием звучат как крик души, и именно они делают финал особенно тяжелым и пронзительным. Появляется желание как-то помочь и посочувствовать мужчине, которого так яростно отвергает общество. Сам актер Михаил Сидоренко, исполнивший роль Квазимодо, в интервью отмечает, что ему не пришлось долго входить в роль — необходимо было лишь много репетировать, собирать номера, учить пластику и ноты.

Важное режиссерское решение — вовлечение зрителей в саму историю. Артисты намеренно разрушают стену между сценой и публикой, спускаются в зал, перемещаются между рядами, создавая хаос и обращаясь к свидетелям происходящего.

Музыкальная составляющая — один из главных способов воздействия на зрителя. Все актеры поют вживую, при этом у них очень мало реплик: история повествуется исключительно через исполнение песен. Особенно зрелищными выглядят массовые сцены, создающие атмосферу живого, тревожного города, где толпа способна стать и судьей, и палачом. Декорациями для такого монументального сюжета сознательно пренебрегли: актеры взаимодействуют в основном со строительными лесами, которые превращаются то в сцену, то в звонницу, то в тюрьму. Но эту лаконичность можно воспринимать как осознанный выбор, чтобы сконцентрировать внимание публики на голосах, пластике и внутренних конфликтах персонажей.

«Нотр-Дам де Пари» в театре на Мельникова показывают регулярно. Спектакль длится 2 часа 20 минут с одним антрактом, но время пролетает незаметно. Это история о том, что даже настоящая любовь не всегда способна спасти. Иногда она воодушевляет на подвиги и освещает человека изнутри, а иногда сжигает все вокруг. И если театр действительно начинается с пожара, то этот огонь не разрушает, а становится началом истории, которую невозможно забыть.

Мария Богданова